» в начало

Вальтер Скотт - Сент-Ронанские воды

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Вальтер Скотт - Сент-Ронанские воды
   Юмор
вернуться

Вальтер Скотт

Сент-Ронанские воды

Но я решил, что на этот раз ему не взять верх. Однако тут я не видел другого средства, как только впасть в неистовый гнев, а это, благодарение небу, мне всегда удается безо всякого труда. Я обвинил его в том, что, злоупотребив когда-то моей юностью, он ставит себя судьей моих поступков и прав. Свою дерзкую речь я сопроводил резкими, ироническими и презрительными выражениями и потребовал немедленно дать мне удовлетворение. Со мной были пистолеты, которые я обычно беру в дорогу (et pour cause) <И очень кстати (франц.).>, а у джентльмена, к моему удивлению, оказались при себе свои. Чтобы соблюсти равные условия, я заставил его взять один из моих пистолетов. То были настоящие "кухенриттеры", заряженные двумя пулями каждый. Но я запамятовал это обстоятельство. Я хотел было поспорить еще, но подумал, да и теперь думаю, что самые веские доводы, какими мы с ним можем обменяться, лучше искать на острие шпаги и в дуле пистолета. Мы выстрелили почти одновременно и, кажется, оба упали; я-то, во всяком случае, упал. Через минуту я очнулся с простреленной рукой и с царапиной на виске - это меня и оглушило. Вот и заряжай пистолет двумя пулями! Приятеля моего нигде не было видно, и мне не оставалось ничего другого, как, обливаясь по дороге кровью, словно недорезанный теленок, идти пешком к Сент-Ронанским водам. Там я рассказал жуткую историю про грабителя, которой не поверил бы никто на свете, если бы не моя графская корона и не мои "омоченные кровью кудри".
    Вскоре, когда я водворился в гостинице и уже лежал в постели, я узнал с досадой, что навлек на себя все эти неприятности по собственному нетерпению. Предоставь я только моему приятелю идти своим путем, я, весьма возможно, избавился бы от него без лишних хлопот. Он, видимо, условился на это утро о поединке с одним болваном баронетом, который, как говорят, попадает в пулю на лету, и, пожалуй, этот баронет избавил бы меня от Сент-Фрэнсиса без всякого труда и риска с моей стороны. Тем временем неприбытие к месту дуэли ввергло мастера Фрэнсиса Тиррела, как он предпочитает именоваться, в чрезвычайную немилость у здешнего хорошего общества. Его заклеймили трусом и объявили, что он недостоин называться джентльменом. Что думать обо всем этом деле - я и сам не понимаю. И мне очень нужна твоя помощь, так как я хочу разузнать, что же могло статься с этим человеком, который, словно зловещий призрак, столько раз расстраивал и опрокидывал самые хитрые мои расчеты. Из-за своего нездоровья я не выхожу и осужден на бездействие; впрочем, рана моя быстро заживает. Едва ли он умер: будь он ранен смертельно, мы так или иначе услыхали бы о нем - не мог же он исчезнуть, как исчезают с лица земли пузыри, порожденные природой. Здоров и благополучен он тоже не может быть: я видел ясно, что он закачался и стрелял, уже падая. К тому же я его знаю; могу поклясться, что, не будь он тяжко ранен, он сперва долго навязывался бы мне со своей дурацкой помощью, а потом, как всегда сохраняя хладнокровие, отправился бы улаживать счеты с сэром Бинго Бинксом. Не беспокойтесь, Сент-Фрэнсис не из тех, кто оставляет такие дела недоделанными! Надо отдать ему справедливость, вдобавок к своему самообладанию и дерзости, он чертовски храбр. Значит, если он тяжело ранен, он и сейчас где-нибудь неподалеку и, может быть, скрывается умышленно. Я это должен разведать, и мне нужна твоя помощь, чтобы порасспросить местных жителей. Поспеши же сюда, Гарри, если ты в будущем рассчитываешь на что-либо с моей стороны.
    Хороший игрок, Гарри, всегда постарается употребить с выгодой даже плохие карты. Я тоже решил использовать свою болезнь, и моя рана помогла мне добиться, чтобы Monsieur Ie Frere <Братец (франц )> стал на мою сторону.
    Ты сам понимаешь, насколько для меня важно было уяснить себе характер этого нового актера, вступающего в запутанную драму моих приключений. Сообщаю тебе, что это совершенное чудище по нелепости - шотландский щеголь - можешь судить до чего он непохож на наших модных щеголей! Каждая черта национального характера восстает в них, когда кто-нибудь из этого злосчастного племени берется играть роль, которая их собратьям с Острова святых удается так легко. Они сообразительны, это правда, но до такой степени лишены всякой непринужденности, такта, гибкости и ловкости в обхождении, что при любой попытке казаться веселыми и беззаботными всегда испытывают настоящую муку. На одном повороте гордость помешает, на другом - бедность, на третьем - педантизм, на четвертом - mauvaise honte <Ложное самолюбие (франц )>, столько препятствий сбивает их с дороги, что им никак не доскакать до финиша и не выиграть кубка.
    Нет, Гарри, в доброй старой Англии только люди степенные могут опасаться каледонского нашествия - в модном свете шотландцы побед не одержат. Они прекрасные банкиры, так как вечно погружены в размышления, сколько процентов можно присоединить к основному капиталу. Они - отличные солдаты; хоть и не такие герои, какими хотели бы считаться, но, по-моему, в храбрости не уступят своим соседям и гораздо легче поддаются дисциплине. Они прирожденные адвокаты, у них каждый помещик проходит адвокатскую науку, а терпение и хитрость, свойственные их нраву, позволяют им и в прочих отраслях преодолевать трудности, которые не по плечу другим нациям, или использовать преимущества, которых иные не заметят у себя под самым носом. Но житель Каледонии не создан, конечно, для светской жизни, и его попытки быть изящным, непосредственным и веселым напоминают лишь неуклюжие прыжки и скачки осла из басни. Однако у шотландца тоже есть одна сфера (но только у себя на родине), где принятая на себя роль ему удается. Так и Моубрей - этот мой шурин - будет уместен в заседании Северного собрания или на скачках в Лите. Он может поговорить пять минут о спорте, а следующие полчаса - о местных политических делах или о сельском хозяйстве. Но едва ли надо уверять тебя, Гарри, что все это будет выглядеть неважно на лучшей, южной стороне Твида.
    Несмотря на все сказанное мною, выловить эту форель оказалось нелегко. Да мне бы и не сладить с ним, если бы с самонадеянностью северянина он не уверился, что я могу стать легкой добычей: такую мысль через Вулверайна ухитрился ему внушить ты - благословенна будь твоя хитрость и премудрость!
    Он пустился в это многообещающее предприятие и, как ты и сам мог бы предсказать заранее, встретил противника себе не по зубам. Я, разумеется, воспользовался своей победой лишь ради того, чтобы заручиться его поддержкой для достижения моей главной цели. Однако я видел, что во время наших переговоров гордость моего джентльмена была сильно задета и никакие преимущества, которые такой брак сулит его проклятому семейству, не могли полностью вытравить досаду от понесенного поражения. Он все-таки проглотил свою обиду, и мы с ним - по крайней мере сейчас - добрые друзья и союзники, хотя и не настолько близкие, чтобы я решился доверить ему всю свою странную и запутанную историю. О завещании пришлось сообщить, так как это обстоятельство служит достаточной причиной, чтобы спешить со сватовством, и такое частичное раскрытие тайны на время избавляет меня от необходимости быть с ним откровенным до конца.
    Как видишь, я еще ни в чем не уверен. Кроме возможности появления моего кузена - а это вероятно, разве что он ранен тяжелее, чем я смею надеяться, - мне, пожалуй, надо опасаться еще вздорной неприязни самой Клары или каких-нибудь выходок со стороны ее мрачного брата. Одним словом - и пусть это будет магическое слово, которым колдуны вызывают на помощь дьявола, - Гарри Джекил, ты мне нужен.
    Хорошо зная твою природу, могу тебя уверить, мой друг, что приезд сюда для выполнения служебных обязанностей может споспешествовать не только моей, но и твоей собственной выгоде. Здесь есть один болван - я уже упоминал о нем, - по имени сэр Бинго Бинкс, из которого можно вытянуть кое-что, стоящее если не моего, то, во всяком случае, твоего труда. Баронет - настоящая ворона, и когда я появился здесь, он проходил обучение у Моубрея. Но по неумелости шотландец выдрал с десяток перьев у него из крыла, не соблюдая никаких правил осторожности, и баронет испугался и оробел. Теперь он будет против Моубрея, которого и боится и ненавидит сразу. Умелой руке вроде твоей стоит только погладить его разок-другой - и птица твоя со всеми перьями и потрохами. Кроме того,
    Ручаюсь головой,
    Владеет Бинго чудною женой!
    Очаровательная женщина, Гарри, в меру полная и выше среднего роста, как раз в твоем вкусе и красива, как Юнона. Она с такой брезгливостью поглядывает на своего мужа, которого презирает и ненавидит, и так ясно дает понять, что могла бы поглядывать совсем иначе на кого-нибудь, кто нравился бы ей больше мужа, что, право, грешно не предоставить ей такой случай. Если ты хочешь испробовать счастье около мужа или около жены, я не буду ни препятствовать, ни вмешиваться. Но для этого тебе, разумеется, надо явиться по этому моему вызову, не то мои обстоятельства могут так обернуться, что дела и мужа и жены окажутся в пределах моей собственной компетенции. Итак, Гарри, если хочешь воспользоваться всеми этими намеками, тебе лучше поторапливаться: это нужно и ради твоей выгоды и ради того, чтобы помочь мне соблюсти мою.
    Твой, Гарри, - в зависимости от твоего поведения - Этерингтон".
    Закончив это красноречивое и поучительное послание, молодой граф потребовал к себе своего лакея Селмза и поручил ему немедля и притом собственноручно снести письмо в почтовую контору.

Глава 20

ЖИВЫЕ КАРТИНЫ

    Пьеса - это именно то, что нужно!
    "Гамлет"
    Наконец настал знаменательный день, о котором так много думало и говорило благородное общество Сент-Ронанских вод. Чтобы сделать его более интересным и значительным, леди Пенелопа Пенфезер уже давно подала мистеру Моубрею мысль, что гости, обладающие талантом и светскостью, могли бы предложить остальным членам общества занятное развлечение, представив несколько сцен из какой-нибудь популярной пьесы: сама она ни одной минуты не сомневалась, что тут-то ей и предстоит особенно ярко блеснуть. Мистер Моубрей, на этот случай, видимо, передавший все бразды в ручки ее милости, отнюдь не возражал против ее предложения, он только заметил, что уже не остается времени приготовить для спектакля старый холл Шоуз-касла, и потому сценой и декорациями неизбежно должны будут служить расположенные на старинный лад живые изгороди и аллеи сада. Но когда план этот стал обсуждаться с другими членами общества, он провалился по обычной в подобных случаях причине, а именно потому, что трудно было найти исполнителей для второстепенных персонажей. На первые роли кандидатов было более чем достаточно, но это оказались большей частью люди слишком важные, чтобы потешать других, разве что им дана была возможность выступить в самой главной роли. Среди же немногих представителей лишенной честолюбия мелкоты, которых можно было так уговорить и улестить, чтобы они согласились сыграть второстепенных персонажей, было столько людей со слабой памятью, короткой памятью, предательской памятью, что в конце концов от этого плана пришлось с отчаяния отказаться.
    Тогда леди Пенелопа предложила другое. Речь шла о том, что итальянцы называют комедией масок, то есть не о настоящей драме, в которой актеры исполняют текст, написанный определенным автором, а такой, где заранее намечена интрига и разработаны наиболее важные сцены, а диалог актеры должны сымпровизировать в зависимости, как говорит Петруччо, от того, сколько им природой отпущено ума. Развлечение это очень любят в Италии, особенно в Венеции, где в подобных пьесах с давних пор фигурируют одни и те же персонажи, ставшие уже традиционными: этот род представлений, в котором больше от игры масок, чем от настоящего театра, именуется commedia dell'arte
Страницы: 1234567891011121314151617181920212223242526272829303132333435363738394041424344454647484950515253545556575859606162636465666768697071727374757677787980818283848586878889909192