» в начало

Артур Конан Дойл - Торговый дом Гердлстон

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Артур Конан Дойл - Торговый дом Гердлстон
   Юмор
вернуться

Артур Конан Дойл

Торговый дом Гердлстон

Притом здесь, в устье широкой, мутноватой реки, одной из крупнейших водных артерий страны, всегда царило приятное оживление и суета. Двумя нескончаемыми потоками, приплывая и уплывая, двигались по ней суда всех видов и всех размеров.
    Жизнь этого большого водного пути так занимала пытливый ум Тома, что он нередко, покончив с дневными делами, продолжал стоять на старой пристани, задумчиво покуривая трубку. Здесь было потише - жизнь, которая когда-то кипела ключом, отхлынула к другим, более удобным причалам. Повсюду валялись огромные ржавеющие якоря, тяжелые цепи, тут и там уныло торчали брошенные котлы и другие отжившие свой век предметы, которых много накапливается в подобных местах, и людям, чья фантазия достаточно прихотлива, они кажутся скелетами каких-то диковинных чудовищ, выброшенных на берег приливом. Кому принадлежали они когда-то? Кто ими дорожил? Какую и кому сослужили они службу? Тому казалось порой, что все первоначальные владельцы этих предметов и даже их наследники давно сошли в могилу, бросив эти мрачные останки на произвол судьбы, и они ждут теперь, чтобы кто-нибудь из милосердия удостоил их погребения.
    С этого удобного наблюдательного пункта Тому далеко была видна река, и он, следя взглядом за проплывавшими по ней судами, бороздил вместе с ними безбрежный океан и уносился мыслями к далеким прекрасным странам, где жарче солнце и синее небеса. Вот трудолюбиво пыхтит крошечный паровой буксир и тянет за собой величественный трехмачтовик, тяжеловесный черный корпус которого с устремленными в небо мачтами вздымается над водой, а стеньги кажутся издали тончайшей паутиной какого-то гигантского паука. Он приплыл из Кантона, из страны крошечных ног и миндалевидных глаз, проплыл с грузом чая, кофе, пряностей и прочих хороших вещей. А вот судно компании "Мессажери" - французский флаг изящно полощется над его кормой, а его пронзительный гудок шлет предостережение неповоротливым лихтерам, ползущим со своим черным грузом к чумазому угольщику, паровой ворот которого свиристит, словно коростель. А вот этот плавучий дворец - корабль из Австралии; его бесчисленные иллюминаторы подобны желтым глазницам, и в сгущающихся сумерках все ярче брызжут из них струи света. А вот медленно приближается роттердамский пакетбот; он рад вернуться в тихие воды после изрядной трепки, выпавшей на его долю в Северном море. А этот каботажный бриг, как видно, испытал трепку похуже: его грот-мачта треснула, и на всех реях копошится крошечная человеческая мошкара - берет рифы, сплеснивает, чинит паруса.
    А наш старый знакомец тоже попал в этот шторм и сейчас держит путь к надежному пристанищу - к докам Альберта. Конечно, это не кто иной, как неустрашимый капитан Гамильтон Миггс, чей корабль все еще продолжает упорно держаться на воде к изумлению самого бравого капитана и всех, кому известны мореходные качества этой посудины. Не раз и не два уже готова была она погрузиться на дно; не раз и не два внезапно наступивший штиль или усердное выкачивание воды из трюма всей командой помешало ей выполнить предначертанную ей судьбу. Сам шкипер был так поражен этим неустанным вмешательством провидения, что уверовал в сверхъестественную способность судна не тонуть ни при каких обстоятельствах и с легким сердцем и удвоенной энергией отдался своему старому, излюбленному занятию - снова стал периодически напиваться до белой горячки и периодически протрезвляться снова.
    "Черный орел" прибыл с ценным грузом, и капитан Миггс был соответственно в приподнятом настроении. Открытое лицо Тома и его честные глаза пришлись по душе этому старому морскому волку и пропойце, и, когда на следующее утро Том поднялся на борт корабля, Миггс приветствовал его с шумной сердечностью.
    - Разрази меня гром, а вы неплохо выглядите! - закричал он. - Сразу видно, что вы не лежали в штиле возле Фернандо-По и не глотали сырой туман в Габоне.
    - Вы тоже неплохо выглядите, капитан, - сказал Том.
    - Сносно, сносно. Так, познабливает малость по временам.
    - Ну что ж, начнете, верно, сейчас разгрузку? Вот накладная - я должен проверить груз. Будем открывать люки?
    - Эта работа не для меня, - решительно ответил капитан Гамильтон Миггс. - Вот Сэнди - Сэнди Макферсон станет на разгрузку. Верно, Мак? Тебе надо немножко поразмять свои старые шотландские кости. А с меня хватит того, что я привел сюда из Африки это решето - не хватает еще, чтобы я работал на выгрузке.
    Макферсон, помощник капитана, был высоченный рыжебородый детина из Абердина.
    - Ладно, я займусь, - сказал он без дальних слов. - Идите на берег или куда вам нужно.
    - В трактир "Петух и курослеп" - вот куда, - сказал капитан. - Послушайте, вы, мистер Димсдейл, как закончите здесь, приходите туда, разопьем по стаканчику вина. Я простой моряк, но у меня тоже, черт побери, еще кое-что бьется в груди. И ты, Макферсон, валяй туда же - покажешь мистеру Димсдейлу дорогу. Значит, "Петух и курослеп", на углу Секстен-Корт.
    Том и Макферсон поблагодарили за приглашение, и капитан загромыхал по сходням, стремясь поскорее стать на твердую землю.
    Весь день Том стоял у открытого люка "Черного орла", проверяя груз, поднимавшийся на свет божий из его недр, а Макферсон со своими разнообразными помощниками - матросами, грузчиками и негром-либерийцем из Западной Африки - трудились в трюме. Пыхтела и фыркала машина, с бряцаньем опускалась в трюм тяжелая цепь.
    - Ну, живей! - кричал помощник капитана.
    - Есть, сэр!
    - Все в порядке?
    - Все в порядке, сэр.
    - Подымай!
    И снова гремела и бряцала цепь, и гудела машина, и поднималась в воздух пара бочонков с пальмовым маслом - казалось, кран, словно гигантские щипцы, выдернул из челюсти судна два деревянных зуба. Том стоял с записной книжкой в руке, смотрел вниз, в черную пропасть трюма, и ему чудилось, что корабль привез в своих недрах малярийный воздух тропиков, - такой затхлой сыростью веяло на него оттуда. Огромные жуки ползали по тюкам, а порой из трюма выскакивала и крыса, да еще такой величины, какие бывают лишь на судах, приплывающих из тропиков. Один раз, когда поднимали тюк со слоновой костью, раздались испуганные возгласы, и Том увидел, как длинная желтая змея, притаившаяся в складках тюка, скользнула обратно во мрак. Нередко случалось, что эти смертоносные твари находили себе пристанище в углублениях тюков и лежали там, притаясь, пока холодный воздух Англии не пробуждал их от спячки на беду какого-нибудь незадачливого грузчика.
    Весь день Том стоял среди шума, грохота и сквернословия, вдыхал пар и запах машинного масла, проверял грузы и направлял их на склады. После полудня все пошли обедать, а в два часа работа возобновилась и продолжалась до шести часов, когда все кончили работу и разошлись - кто по домам, кто в пивные, в зависимости от наклонностей. Том и помощник капитана, порядком притомившиеся за день, решили принять предложение капитана и явиться в указанный им трактир. Помощник капитана нырнул к себе в каюту и вскоре появился обратно: лицо его лоснилось, а всклокоченные волосы были приведены в некоторый порядок.
    - Я совершил свои омовения, - заявил он с важным видом, сделав торжественное ударение на последнем слове, ибо, как многие шотландцы, испытывал непреодолимое тяготение к мудреным и звучным словам. Надо признаться, что в лице мистера Макферсона эта национальная черта приобрела несколько преувеличенные формы, так как он никогда не мог устоять против искушения уснастить свою речь каким-нибудь замысловатым, хотя и не совсем идущим к делу словечком, если считал, что оно должно в общем и целом усилить впечатление.
    - Наш капитан, - продолжал он, - не чувствовал себя целесообразно в этом плавании. По глазам было видно, что его одолевают телесные недуги.
    - Может, просто ипохондрия, - заметил Том.
    Шотландец поглядел на него с возросшим уважением.
    - Клянусь Юпитером! - воскликнул он. - Вот это здорово сказано. Пожалуй, после того словечка, которое отчубучил Джимми Мак-Джи с "Кориско" в прошлое плавание, я не слышал ни одного такого удачного выражения. Не будете ли вы так добры повторить это еще разок?
    - Ипохондрия, - весело рассмеявшись, повторил Том.
    - И-п-о-х-о-ндрия, - раздельно произнес помощник капитана. - Верно, Джимми Мак-Джи не знал этого словечка, а то бы он мне его сообщил. Теперь уж я обязательно пущу его в ход, спасибо вам, что научили.
    - Не стоит благодарности, - сказал Том. - Если вы коллекционируете длинные слова, я постараюсь подобрать для вас побольше. Но что, как вы полагаете, случилось с капитаном?
    - Его одолевал алкоголь, - сказал помощник капитана серьезно. - Я сам не прочь хлебнуть малость, и даже с превеликим удовольствием, но это уж совсем другое дело, когда человек запирается у себя в каюте и тянет ром от утренней вахты до вечерней, от четырех склянок на рассвете до восьми склянок на закате. А потом, как протрезвится, начинает клясть все на свете, и послушали бы вы, как он тогда божится и бранится - просто страх берет. Настоящий пандемониум поднимает, точнее слова не найти.
    - И часто у него это? - спросил Том.
    - Часто. Да по-другому и не бывает, сэр. И все же он хороший моряк и как бы ни напился, а соображает, что к чему. И почти никогда не уклоняется от курса. Он прямо какая-то двусмысленность для меня, сэр, потому что прими я хоть половину того, что он вливает себе в глотку, так тут же бы слетел с катушек.
    - Вероятно, с ним опасно иметь дело, когда он в таком состоянии? - спросил Том.
    - А то как же! В последний раз он как напился, начал палить на палубе из шестизарядного и чуть не продырявил нашего плотника. Другой раз подвернулся ему кок - так он гонялся за ним с ганшпугом и загнал его на самые верхние реи. Кок сидел там до тех пор, пока у него не начались галлюцинации.
    Том снова не мог удержаться от смеха.
    - Это совсем новое выражение, - сказал он.
    - Еще бы! - с удовлетворением воскликнул его собеседник. - Новое, верно? Значит, мы теперь с вами квиты, за ипохондрию. - Он был так доволен заключенной им сделкой, что еще долго посмеивался в свою рыжую бороду. - Да, - продолжал он потом, - нам с ним порой опасно иметь дело, да и вам тоже. Скажу по секрету и от чистого, так сказать, сердца, что он, как только хватит лишнего, так начинает распространяться насчет фирмы, и страховок, и гнилых посудин, и всякого такого прочего, и это все еще куда ни шло, пока оно циркулирует, так сказать, между джентльменами вроде нас с вами, но, черт возьми, разве это годится для слуховых, так сказать, аппаратов нашей судовой команды!
    - Возмутительно! - сказал Том на этот раз совершенно серьезно. - Как он может распространять такие слухи о своем хозяине! Суда у нас старые, и на некоторых из них, на мой взгляд, плавать небезопасно, но это же совсем другое дело, это же не значит, что можно, как я понял из ваших намеков, приписывать мистеру Гердлстону намерение их потопить.
    - Ну, этого мы с вами касаться не будем, - сказал осторожный шотландец. - Мистер Гердлстон своего не упустит. Может, он хочет, чтобы они плавали, а может, хочет, чтоб затонули. Не нам судить
Страницы: 12345678910111213141516171819202122232425262728293031323334353637383940414243444546474849505152535455565758596061626364656667686970