» в начало

Артур Конан Дойл - Торговый дом Гердлстон

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Артур Конан Дойл - Торговый дом Гердлстон
   Юмор
вернуться

Артур Конан Дойл

Торговый дом Гердлстон

До капитана Миггса едва ли могли уже долететь какие-либо вести. Благодаря отсутствию утренних газет в воскресный день он, вероятнее всего, должен был пребывать еще в неведении событий, происшедших в Хампшире, и Гердлстонам нужно было лишь попасть на борт корабля, прежде чем он снимется с якоря, да придумать правдоподобное объяснение внезапно припавшей им охоте путешествовать, а затем, когда придет время, они просто предложат капитану высадить их на испанском берегу. Где тот сыщик, что отыщет их след в безбрежном океане, когда берега Англии скроются из глаз?
    Разумеется, как только Сэмпсон возвратится в свою хибарку, вся история их бегства выплывет наружу. Однако Эзра прикинул, что рыбак не так-то скоро попадет домой. Сюда они плыли с попутным ветром - это значит, что обратный путь рыбакам придется проделать против ветра и они смогут с неделю проканителиться, сражаясь с ветром и меняя галс, а к тому времени Эзра надеялся быть уже вне пределов досягаемости. Под подкладкой его жилета было зашито на пять тысяч фунтов стерлингов ассигнациями английского банка. Зная, что крах фирмы может произойти в любую минуту, он заранее принял меры, чтобы себя обеспечить. Эзра считал, что с этими деньгами он сможет начать жизнь заново в какой-нибудь другой стране, а его молодость и энергия помогут ему добиться успеха и завоевать положение. Что до отца, то Эзра твердо решил расстаться с ним навсегда при первой же возможности.
    И всю долгую зимнюю ночь рыбачий шлюп шел под ветром, держа путь прямо на восток, а двое беглецов не покидали палубы. Промокнув до нитки от дождя и морских брызг, они все же испытывали какое-то странное облегчение среди этой разбушевавшейся стихии, не позволявшей им погружаться в тягостные мысли. Рассвирепевшее море и бешеный шквал были как-никак приятнее воспоминаний об оставленном на рельсах трупе убитой ими девушки и о полицейских ищейках.
    Поглядев на луну, вокруг которой ветер разметал облака, придав им какую-то причудливую прямоугольную форму, Эзра воскликнул:
    - Взгляните! Как эти облака похожи на виселицу!
    - А какой смысл жить? - отозвался его отец, подняв к небу бледное лицо с запавшими глазами, в которых отражался холодный блеск луны.
    - Для вас-то, может, особого смысла и нет, - возразил сын. - Вы свое отгуляли. А я молод и еще не взял от жизни всего. Перспектива быть вздернутым на виселице меня пока что не прельщает.
    - Бедняжка! - пробормотал отец. - Ах, бедняжка!
    - Ну, меня пока не сцапали, - сказал Эзра. - А если даже и сцапают, то еще посмотрим, что они могут мне сделать. Нельзя повесить троих людей за убийство одного человека. Значит, висеть, насколько я понимаю, придется вам, а остальное уже не так существенно.
    Часа в два пополуночи они увидели цепочку огней, и рыбак сказал, что это город Уэртинг, а перед рассветом шлюп проплыл мимо города Брайтона, еще ярче расцвеченного огнями. Теперь уже половина пути осталась позади. Когда забрезжила заря, темные штормовые облака стянулись к горизонту на северной стороне неба, отбросив густую тень на побережье, небо очистилось, и лишь кое-где в синем воздушном океане прозрачно белело легкое облачко, похожее на крыло какой-то гигантской птицы. В жемчужно-серой предрассветной мгле облачка эти постепенно стали лиловеть, потом края их заалели и вдруг внезапно засверкали пурпуром, когда багряный диск солнца торжественно поднялся над гори зонтом. И казалось, что природа разметала все свои искры по палитре неба - от нежно-голубой в зените до ослепительно-малиновой на востоке. Сверкающие краски неба отражались в океане, и пенистые гребни волн розовели в лучах зари.
    - Словно море крови! - пробормотал старый коммерсант при виде этого необычайного зрелища, и по телу его пробежала дрожь.
    Теперь, при свете дня, беглецы невольно внимательнее приглядывались друг к другу. Оба были бледны, взлохмачены; у обоих был измученный вид, налитые кровью, обведенные черными кругами глаза, усталые и встревоженные лица.
    - Нет, этак никуда не годится! - заметил Эзра. - Стоит Миггсу поглядеть на нас, он сразу заподозрит неладное.
    Он зачерпнул ведерком воды, потом, пошарив в каком-то рундуке, извлек на свет божий небольшой обмылок и сломанную гребенку. С помощью этих находок они с отцом принялись приводить в порядок свой туалет и чистить друг другу одежду, после чего Эзра выторговал у Сэмпсона для отца зюйдвестку, которая придала странно залихватский вид мрачным и резким чертам Джона Гердлстона-старшего.
    - Гляньте, красота какая! - сказал Сэмпсон, указывая на берег и стараясь привлечь внимание пассажиров, только что закончивших возню со своим туалетом.
    Шлюп шел вдоль гряды высоких утесов, протянувшейся на довольно большое расстояние. Некоторые утесы были меловые, другие - бурые, как земля. Один утес вздымался над всеми остальными, привлекая к себе внимание не только высотой, но и необычайно резким, отчетливым контуром. На вершине утеса стоял маяк, и в прозрачном утреннем воздухе так ясно вырисовывались все предметы, что беглецы могли различить зеленую лужайку у подножия маяка и фигуру сторожа, неспешно прохаживавшегося по сигнальной площадке и поглядывавшего со своего возвышения вниз на их утлое суденышко. А дальше к востоку за меловым мысом по берегам извилистого, глубокого залива широким полукругом раскинулся большой красивый город.
    - Это Бичи-Хед, - сказал Сэмпсон, указывая на утес. - Самая высокая скала на всем побережье Ла-Манша. Там поставили сторожевой маяк, чтобы следить за проходящими судами. Его воздвиг мастер Ллойд. Кто он такой был, этот самый мастер Ллойд, не знаю, но, видать, крепко интересовался всем, что делается на море. Верно, адмирал был или еще какая важная шишка.
    Ни один из Гердлстонов не проявил особой готовности помочь Сэмпсону разобраться в этом вопросе.
    - А что это за город? - спросил Эзра.
    - Истборн, - кратко ответствовал рыбак и отправился на нос корабля, оставив у штурвала своего сына.
    Беглецы позавтракали. Поскольку трапеза состояла из солонины и галет, она была непродолжительной, да и Гердлстоны не проявили особого аппетита. Поев, они снова сидели у штоков и рассеянно следили взглядом за проплывающей перед ними величественной панорамой одетых лесами зеленых холмов вдали и прибрежных скал, то громоздящихся ввысь, то спускающихся к воде. А по другому борту расстилался широкий простор знаменитого водного пути, пестревший всеми видами судов - от двухмачтовика из Портленда и небольшого брига с грузом угля из Сандерленда до величественного четырехмачтового лайнера, стремительно резавшего носом зеленоватые волны, оставляя раздвоенный пенистый след за кормой.
    Заметив любопытные лица, глазевшие на них с палубы одного из больших пароходов, Эзра шепнул отцу, что им не следует сидеть на виду.
    - Мы в этих наших костюмах представляем довольно необычное зрелище на борту рыбачьего шлюпа, - сказал он. - Привлекать к себе внимание зевак отнюдь не в наших интересах.
    По-прежнему дул свежий ветер, и маленькое суденышко все так же ходко шло под парусом, делая от шести до восьми узлов.
    - Попутный ветер - это наша удача, - пробормотал Эзра, не столько адресуясь к отцу, сколько к самому себе.
    - Провидение ниспослало его нам, - торжественно провозгласил Джон Гердлстон, еще раз демонстрируя этим странную особенность своего мышления.
    В десять часов утра они миновали каменистые террасы Гастингса и в половине одиннадцатого увидели мачты рыбачьих судов у берега Винчелси. Около часу дня, обогнув высокий, острый мыс Данжнесса, они отдалились от берега, вышли в открытое море, и длинная белая стена и шпили Фолкстона и Дувра отступили к горизонту. С противоположной стороны, там, где синева моря сливалась с синевой неба, в туманной дымке лежал французский берег. Время уже подходило к пяти часам, и солнце снова стало клониться к закату, когда рыбак, уже давно вглядывавшийся вдаль, заслонив загрубелой рукой глаза от солнца, тронул Эзру за рукав.
    - Смотрите сюда, видите эти буруны? - сказал он, указывая куда-то по правому берегу. Эзра, всмотревшись, различил длинную белую полосу пены, нарушавшую однообразную синеву океана. - Это Гудуинс, - продолжал рыбак. - А там дальше стоят на якоре суда у входа в Даунс.
    До этих судов нужно было покрыть еще не одну милю, но лицо Эзры просветлело, когда он воочию увидел цель, к которой стремился. Он тут же принялся снова приводить в порядок свой костюм и одежду отца.
    - Наконец-то! - с глубоким вздохом облегчения пробормотал он, вглядываясь в очертания судов, которые росли и становились все более четкими с каждой минутой. - Вон тот корабль с краю, ручаюсь, что это "Черный орел". Он стоит на якоре.
    - Да, это "Черный орел", - убежденно подтвердил его отец. - Я узнаю профиль его кормы и наклон мачт.
    Когда они подошли ближе, последние сомнения рассеялись.
    - Видите белую полосу на борту? - сказал Эзра. - Все ясно, это "Черный орел". Вам теперь нужно доставить нас на этот корабль, который стоит там с краю, Сэмпсон.
    Рыбак снова поглядел вдаль.
    - На этот трехмачтовик, который только что поднял якорь? - спросил он. - Ну нет, нам теперь уже не догнать его.
    - Он поднял якорь?! - взвизгнул Эзра. - Вы что, хотите сказать, что он уходит?
    - А вы поглядите сами, - сказал рыбак.
    И все увидели, как на судне заплескал сначала один большой квадратный парус, потом развернулся второй, и вот корабль уже распростер по ветру все свои белые крылья.
    - Так что ж, не можем мы разве его догнать?! - яростно выбранившись, воскликнул Эзра. - Мы должны остановить его, понимаешь ты! Во что бы то ни стало.
    - Ему придется три раза менять галс, прежде чем он ляжет на курс и разовьет ход, а нам нужно только полным ходом идти вперед, и мы можем, пожалуй, нагнать его.
    - Во имя всего святого, ставь все паруса, какие у тебя есть! Отдавай рифы! - Дрожащими руками Эзра сам отдал рифы, и подхваченный ветром шлюп сильно накренился. - Можешь ты поставить еще один парус?
    - Можно было бы поставить еще треугольный парус, - сказал рыбак. - Мы уже на три румба привелись к ветру. Больше ничего сделать нельзя.
    - Мне кажется, мы нагоняем его, - воскликнул Джон Гердлстон, не отрывая глаз от трехмачтовика, до которого оставалось еще мили полторы.
    - Да, сейчас мы его нагоняем, но ведь он еще поворачивает. А потом пойдет вперед полным ходом, верно я говорю, Джордж?
    Сын рыбака утвердительно кивнул и рассмеялся хрипло.
    - Прямо как на гонках, - весело объявил он.
    - А приз - наши головы, - пробормотал Эзра про себя. - Слишком большой риск, чтобы получать от этого удовольствие. Однако мы его нагоняем.
    Темный корпус корабля, обращенный к ним кормой, и его высокие паруса были им отчетливо видны. Корабль маневрировал, стараясь использовать ветер, чтобы, выйдя из бухты Гудуинс, лечь на курс в Ла-Манше.
    - Он делает поворот оверштаг, - сказал Сэмпсон
Страницы: 12345678910111213141516171819202122232425262728293031323334353637383940414243444546474849505152535455565758596061626364656667686970