» в начало

Перси Шелли - Атласская колдунья

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Перси Шелли - Атласская колдунья
   Юмор
вернуться

Перси Шелли

Атласская колдунья

Посвящение
    (Мэри, упрекнувшей мою поэму в том,
    что она лишена человеческого интереса)

1

    Как, Мэри? Ты ужалена хулой
    (Змея страшна и мертвая) газеты?
    Мою поэму ты зовешь плохой
    За то одно, что лишена сюжета?
    Мышей не ловит котик молодой,
    Но он прелестен, несмотря на это,
    Резов и смел. Я просто в этот раз
    Фантазию слагал, а не рассказ.

2

    О, чья рука, скажи мне, растерзает
    За то лишь трепетного мотылька,
    Что, словно лебедь, он не воссылает
    Хвалений солнцу? Не твоя рука!
    Ведь он живет часы и умирает,
    Как только день, два ока-огонька
    И светлое лицо с твоей улыбкой
    Утопит в оперенье ночи зыбкой.

3

    И вот к твоим ногам прекрасным льнет
    Крылатое и бренное творенье.
    Оно за славой бросилось в полет,
    И увядающее оперенье
    Вдруг под твоим дыханьем оживет;
    Но только солнце совершит вращенье,
    Оно погибнет... Вряд ли может быть,
    Что созданное мной достойно жить.

4

    Наш Вордсворт девятнадцать лет трудился,
    Покамест свет увидел Питер Белл,
    И слез поток на лист бумаги лился -
    Для лавров Пита слез он не жалел,
    И лавр корнями в бездну погрузился,
    Листвою застя рай. Так преуспел,
    Бедняга, он в искусстве садовода,
    Что досадил земле и небосводу.

5

    Я не хочу волшебницу равнять
    Ни с Руфью, ни с Люси. Однако Питу
    Она была бы, кажется, под стать.
    Но, впрочем, я, в отличье от пиита,
    В три дня сумел красавицу убрать,
    А Питер, словно денди знаменитый,
    Хоть убирался девятнадцать лет,
    Не лучше Лира нищего одет.

6

    И вот еще. Разденьте Пита Белла.
    От экваториальной той жары,
    Какою славны адские пределы,
    Он пожелтел, как серные пары.
    Он видом Скарамуш, лицом Отелло.
    Но лишь с волшебницы, его сестры,
    Одежды снимете, - из грешной плоти
    Кумира сотворив, вы пропадете!

1

    Среди существ, пленительных для глаз
    И оправдавших труд стихосложенья,
    Но изгнанных с земли, когда сошлась
    Со Временем-отцом в кровосмешенье
    Превратность буйная и родилась
    Их двойня - Истина и Заблужденье, -
    Жила в одной из атласских пещер
    Колдунья-дева, Атлантиды дщерь.

2

    Там куталась она, как в покрывало,
    В очарованье красоты живой,
    И солнце, что ни разу не встречало
    Под небом мира прелести такой,
    Лучами золотыми целовало
    Свод серокаменной пещеры той
    С укрытым в темноте ее потоком,
    Где забывалась дева в сне глубоком.

3

    И не было ее - а только пар
    Иль облачко, что мотыльком витает
    На западе, где темно-красный шар
    За горы клонится и пропадает;
    То, силою своих волшебных чар,
    Кометой страшной, что луну пугает,
    Колдунья становилась, то звездой,
    Затерянной меж Марсом и Землей.

4

    Мать месяцев в виду звезды туманной,
    Должно быть, наклонилась десять раз,
    Повелевая водам океана
    Избороздить пески, - как, возвратясь
    В свой изначальный облик, всем желанный,
    На каменистом ложе улеглась
    Колдунья; в ней дышала мощь без меры,
    Обогревая внутренность пещеры.

5

    Глаза колдуньи - огнь во тьме густой,
    Взгляд этих глаз, пленительный и томный,
    И стройный стан, пьянящий красотой,
    И волосы - как будто купол темный
    У храма предвечернею порой,
    И губы нежные с улыбкой скромной,
    И низкий голос, и живая речь -
    Все, все могло в сердцах любовь зажечь.

6

    К ней шли в пещеру леопард пятнистый,
    Премудрый и неустрашимый слон,
    Лукавая змея - клубок огнистый;
    К ней гневные спешили на поклон,
    Чтоб усмирил их девы взор лучистый,
    А также те, кто мужества лишен,
    Чтоб чаровницы ласковая сила
    Их обнадежила и укрепила.

7

    И львица к ней вела подросших львят -
    Пусть в них убийства жажда истребится,
    И кровожадный ягуар был рад
    Глазам красноречивым подчиниться,
    Которые без речи объяснят,
    Как сделать хищника смирней телицы, -
    Или веселым взором невзначай
    Убийцам яростным откроют рай.

8

    Старик Силен ей нес гирлянды лилий;
    За ним толпой шумливой и босой
    Лесные божества из чащ валили,
    Словно цикады, пьяные росой;
    Дриопа с Фавном ласково просили
    У бога Пана: "О приди и спой!" -
    И улыбалось всем живое чудо
     На ложе, созданном из изумруда.

9

    И появлялся вездесущий Пан.
    Никто его не знал, но сквозь алмазы
    Глубинных недр, сквозь воздух и туман
    Он видел все, хоть от простого глаза
    Скрывался сам: ведь дар ему был дан
    Весь мир охватывать очами сразу.
    И сердце мира было - ведал он -
    Возложено на изумрудный трон.

10

    И нимфа водоема, и дриада,
    И та пастушка, что пасет в морях
    Своих барашков белорунных стадо,
    И Океан, в чьих соль блестит кудрях,
    И сам Приап, и рать его, и чада -
    Дивились, что в безжизненных горах
    Могло родиться в мир созданье это,
    Исполненное доброты и света.

11

    И горные красавицы к ней шли,
    И грубые владыки пасторалей -
    Как пламя той лампады, что зажгли
    На сквозняке, в них души трепетали.
    Сатиры и кентавры всей земли
    Ее приют с охотой навещали
    И стая дивных полумертвецов
    С ногами птиц и головами псов.

12

    И так волшебница была прекрасна,
    Что перед нею меркло все кругом,
    И так мудра, что было бы напрасно
    Ей преданного утверждать в ином
    Учении. Все было ей подвластно
    В широком мире вольно-молодом.
    Другого не было еще кумира
    Под небом вечнокружащимся мира.

13

    Потом она брала веретено,
    Три нитки тонкорунного тумана
    И три луча зари сводя в одно -
    Зари, что освещает океаны
    И в небе облака, пока темно
    Не станет в мире, - и золототканый
    Из рук волшебных выходил вуаль,
    Который красоту ее скрывал.

14

    И сладостными звуками эфира
    Таинственный переполнялся грот -
    Им подчинялись все владыки мира.
    Она в ячейках, словно в сотах мед,
    Хранила их... Средь чувственного пира
    Мы думаем, что чувство не умрет.
    Но зрелость над бессмертными смеется.
    Уходят чувства. Горечь остается.

15

    Там спали сотни образов в тени,
    Как будто драгоценности в футлярах.
    Мятежны, ярки, взрывчаты одни,
    А те, в отличье от собратьев ярых,
    Смиренные и томные они,
    Как богомольцы на картинах старых, -
    И зелены, и белы, и черны -
    Все как один лишь ей подчинены.

16

    И ароматы... От любви страдая,
    В часы, когда луна еще спала,
    Для них, рожденных цветниками рая,
    Волшебница вместилища ткала
    Из паутин. Как бабочки, играя
    У окон сыроварни, близ тепла
    Они вились, одних одушевляя,
    В других унынье горькое вселяя.

17

    Здесь были жидкости. Сладки, чисты,
    Они больных душою врачевали,
    Тьму смерти - в ночи, полные мечты
    И милых сновидений, превращали,
    А плачущему горечь маеты
    Восторгом вдохновенным замещали.
    Колдунья в хрустале хранила их
    Для исцеленья мертвых и живых.

18

    И свитки. Их создатель был верховный
    Сатурнов маг. Он наставлял людей,
    Как можно только силою духовной
    Вернуть на землю рой счастливых дней,
    Как искупить людской удел греховный
Страницы: 1234