» в начало

Джордж Гордон Байрон - Паломничество Чайльд-Гарольда

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Джордж Гордон Байрон - Паломничество Чайльд-Гарольда
   Юмор
вернуться

Джордж Гордон Байрон

Паломничество Чайльд-Гарольда

    Поэтам бедным, ты неблагосклонна.
    Здесь был, богиня мудрости, твой храм.
    Над Грецией прошли врагов знамена,
    Огонь и сталь ее терзали лоно,
    Бесчестило владычество людей,
    Не знавших милосердья и закона
    И равнодушных к красоте твоей.
    Но жив твой вечный дух средь пепла и камней.

2

    Увы, Афина, нет твоей державы!
    Как в шуме жизни промелькнувший сон,
    Они ушли, мужи высокой славы,
    Те первые, кому среди племен
    Венец бессмертья миром присужден.
    Где? Где они? За партой учат дети
    Историю ушедших в тьму времен,
    И это все! И на руины эти
    Лишь отсвет падает сквозь даль тысячелетий.

3

    О сын Востока, встань! Перед тобой
    Племен гробница - не тревожь их праха.
    Сменяются и боги чередой,
    Всем нить прядет таинственная Пряха.
    Был Зевс, пришло владычество Аллаха,
    И до тех пор сменяться вновь богам,
    Покуда смертный, отрешась от страха,
    Не перестанет жечь им фимиам
    И строить на песке пустой надежды храм.

4

    Он, червь земной, чего он ищет в небе?
    Довольно бы того, что он живет.
    Но так он ценит свой случайный жребий,
    Что силится загадывать вперед.
    Готов из гроба кинуться в полет
    Куда угодно, только б жить подоле,
    Блаженство ль там или страданье ждет.
    Взвесь этот прах! Тебе он скажет боле,
    Чем все, что нам твердят о той, загробной доле.

5

    Вот холм, где вождь усопший погребен,
    Вдали от бурь, от песен и сражений, -
    Он пал под плач поверженных племен.
    А ныне что? Где слезы сожалений?
    Нет часовых над ложем гордой тени,
    Меж воинов не встать полубогам.
    Вот череп - что ж? Для прошлых поколений
    Не в нем ли был земного бога храм?
    А ныне даже червь не приютится там.

6

    В пробоинах и свод его и стены,
    Пустынны залы, выщерблен портал.
    А был Тщеславья в нем чертог надменный,
    Был Мысли храм, Души дворец блистал,
    Бурлил Страстей неудержимый шквал,
    Но все пожрал распада хаос дикий,
    Пусты глазницы, желт немой оскал.
    Какой святой, софист, мудрец великий
    Вернет былую жизнь в ее сосуд безликий?

7

    "Мы знаем только то, - сказал Сократ, -
    Что ничего не знаем". И, как дети,
    Пред Неизбежным смертные дрожат.
    У каждого своя печаль на свете,
    И слабый мнит, что Зло нам ставит сети.
    Нет, суть в тебе! Твоих усилий плод -
    Судьба твоя. Покой обрящешь в Лете.
    Там новый пир пресыщенных не ждет.
    Там, в лоне тишины, страстей неведом гнет.

8

    Но если есть тот грустный мир теней,
    Что нам мужи святые описали,
    Хотя б его софист иль саддукей
    В безумье знаний ложных отрицали, -
    Как было б чудно в элизийской дали,
    Где место всем, кто освещал наш путь,
    Услышать тех, кого мы не слыхали,
    На тех, кого не видели, взглянуть,
    К познавшим Истину восторженно примкнуть.

9

    Ты, с кем ушли Любовь и Счастье в землю,
    Мой жребий - жить, любить, но для чего?
    Мы так срослись, еще твой голос внемлю,
    И ты жива для сердца моего.
    Ужель твое недвижно и мертво!
    Живу одной надеждой сокровенной,
    Что снова там услышу зов его.
    Так будь что будет! В этой жизни бренной
    Мое блаженство - знать, что ты в стране блаженной.

10

    Я сяду здесь, меж рухнувших колонн,
    На белый цоколь. Здесь, о Вседержитель,
    Сатурна сын, здесь был твой гордый трон.
    Но из обломков праздный посетитель
    Не воссоздаст в уме твою обитель.
    Никто развалин вздохом не почтит,
    И, здешних мест нелюбопытный житель,
    На камни мусульманин не глядит,
    А проходящий грек поет или свистит.

11

    Но кто же, кто к святилищу Афины
    Последним руку жадную простер?
    Кто расхищал бесценные руины,
    Как самый злой и самый низкий вор?
    Пусть Англия, стыдясь, опустит взор!
    Свободных в прошлом чтут сыны Свободы,
    Но не почтил их сын шотландских гор:
    Он, переплыв бесчувственные воды,
    В усердье варварском ломал колонны, своды.

12

    Что пощадили время, турок, гот,
    То нагло взято пиктом современным.
    Нет, холоднее скал английских тот,
    Кто подошел с киркою к этим стенам,
    Кто не проникся трепетом священным,
    Увидев прах великой старины.
    О, как страдали скованные пленом,
    Деля богини скорбь, ее сыны,
    Лишь видеть и молчать судьбой обречены!

13

    Ужель признают, не краснея, бритты,
    Что Альбион был рад слезам Афин,
    Что Грецию, молившую защиты,
    Разграбил полумира властелин!
    Страна свободы, страж морских пучин,
    Не ты ль слыла заступницей Эллады!
    И твой слуга, твой недостойный сын
    Пришел, не зная к слабому пощады,
    Отнять последнее сокровище Паллады!

14

    Но ты, богиня, где же ты, чей взгляд
    Пугал когда-то гота и вандала?
    Где ты, Ахилл, чья тень, осилив ад
    И вырвавшись из вечного провала,
    В глаза врагу грозою заблистала?
    Ужель вождя не выпустил Плутон,
    Чтоб мощь его пиратов обуздала?
    Нет, праздный дух, бродил над Стиксом он
    И не прогнал воров, ломавших Парфенон.

15

    Глух тот, кто прах священный не почтит
    Слезами горя, словно прах любимой.
    Слеп тот, кто меж обломков не грустит
    О красоте, увы, невозвратимой!
    О, если б гордо возгласить могли мы,
    Что бережет святыни Альбион,
    Что алтари его рукой хранимы.
    Нет, все поправ, увозит силой он
    Богов и зябких нимф под зимний небосклон.

16

    Но где ж Гарольд остался? Не пора ли
    Продолжить с ним его бесцельный путь?
    Его и здесь друзья не провожали,
    Не кинулась любимая на грудь,
    Чтоб знал беглец, о ком ему вздохнуть.
    Хоть красоты иноплеменной гений
    И мог порой в нем сердце всколыхнуть,
    Он скорбный край войны и преступлений
    Покинул холодно, без слез, без сожалений.

17

    Кто бороздил простор соленых вод,
    Знаком с великолепною картиной:
    Фрегат нарядный весело плывет,
    Раскинув снасти тонкой паутиной.
    Играет ветер в синеве пустынной,
    Вскипают шумно волны за кормой.
    Уходит берег. Стаей лебединой
    Вдали белеет парусный конвой.
    И солнца свет, и блеск пучины голубой.

18

    Корабль подобен крепости плавучей.
    Под сетью здесь - воинственный мирок.
    Готовы пушки - ведь неверен случай!
    Осиплый голос, боцмана свисток,
    И вслед за этим дружный топот ног,
    Кренятся мачты и скрипят канаты.
    А вот гардемарин, еще щенок,
    Но в деле - хват и, как моряк завзятый,
    Бранится иль свистит, ведя свой дом крылатый.

19

    Корабль надраен, как велит устав.
    Вот лейтенант обходит борт сурово,
    Лишь капитанский мостик миновав.
    Где капитан - не место для другого.
    Он лишнего ни с кем не молвит слова
    И с экипажем держит строгий тон.
    Ведь дисциплина - армии основа.
    Для славы и победы свой закон
    Британцы рады чтить, хотя им в тягость он.

20

    Вей, ветер, вей, наш парус надувая,
    День меркнет, скоро солнце уж зайдет.
    Так растянулась за день наша стая,
    Хоть в дрейф ложись, пока не рассветет.
    На флагмане уже спускают грот.
    И, верно, остановимся мы вскоре,
    А ведь ушли б на много миль вперед!
    Вода подобна зеркалу. О, горе -
    Ленивой свиты ждать, когда такое море!

21

    Встает луна. Какая ночь, мой бог!
    Средь волн дрожит дорожка золотая.
    В такую ночь один ваш страстный вздох,
    И верит вам красотка молодая.
    Неси ж на берег нас, судьба благая!
Страницы: 12345678910111213141516171819202122232425262728293031